Смирных Алексей Иванович

Лоскут Сибири, Уралу отмеренный

Века оставили на месте кочевых юрт уютный город и богатую событиями историю.

Имя городу на реке Туре, левом притоке Тобола, - Туринск. Грамоту о его основании Борис Годунов подписал 30 января 1600 года:

«... чтоб остры и надолбы и дворы поставлены были до полой воды, дабы стояли прочно, а пашню б почали пахать с ее весны». Три месяца на все про все!

С той поры минуло ровно четыреста лет.

Поднимаюсь от вокзала на покатое взгорье, у подошвы коего с той, верхотурской стороны четыреста лет назад угнездился город Туринск. Вернее, первые его строения - церковь, приказная и гостиная избы, двор воеводы с канцелярией, амбар для хлебных припасов, пороховой и винный погреба...

Догоняет меня по пути одноосная таратайка. По скамеечке над колесами тесным рядком три седока. Дробный перебор копыт скоро затих. На загляд в века уводит такой вот мимолетный штрих. Казалось бы, многое ли способно уцелеть под напором времени! У всего в природе свой износ, не исключение к тому же простая случайность. Именно она, случайность, и стерла самый первый городской след. В июле 1714 года при невиданной грозе, граде молния ударила в пороховой погреб, и деревянный туринский острог, охваченный пламенем, выгорел в одночасье.

Былое здесь напоминает о себе на каждом шагу. Оно в людских типах, характерах, какие успело развить, сформировать, продолжить. Любой российский город, вбирая черты эпохи, социального строя, имел ведь и что-то свое, только ему присущее. Из кого составилось первое население Туринска?

Известно, что после боя под Епанчин-юртом 22 мая 1582 года Ермак оставил на покоренном становье свой дозор - десятка два казаков под доглядом Еремейки Булата. Сегодня Булатовы - одна из приметных фамилий в городе и окрест него. Разумеется, потомки того ермаковского дозора - малая толика от числа первых поселенцев. В Туринске со временем осели выходцы из многих губерний срединной России, что закрепилось в фамилиях. Москвины - это московитяне, москвичи; Мещеряковы - из воспетого Паустовским мещерского края; Устюжанины - из Устюга Великого; Поморцевы - с берегов Белого моря...

Население Туринска складывалось и по ярко профессиональному признаку. Казак. Стрелец. Купец. И по размытому сословному - посадский человек.

История земельных отношений XVII столетия, воинских формирований прочно, на века, закрепляется в названиях туринских мест и местечек - Государево поле, Воеводское, Посадские земли, Стрелецкий перевоз...

Чаще всего шли сюда, за Каменный пояс, люди вольные, любознательные, романтики. Характера упрямого, неуправляемого.

Не напрасно в челобитных из Сибири на высокое имя стала привычной такая вот форма представления: «И был я, государь, во всех твоих службах - и в пешей, и в конной, и в лыжной, и в устроении острогов, и у сбора ясака, и в толмачах, и в вожах...» Не подумайте, что Туринск тут ни при чем: он оставался сибирским городом вплоть до 1923 года.

Условия быта требовали от туринского новосела многих способностей. Умения оборониться от лихого иноплеменника и дикого зверя, поставить избу, взрастить хлеб, смастерить телегу и сани с запасом прочности для дальних дорог... Устав, или приговор о станичной и сторожевой службе, принятый первым пограничным съездом России 16 февраля 1571 года, имел потом прямое отношение и к здешним местам. Утвердясь в зыбком соседстве с кочевыми народами в 1600 году, Туринск выставлял конные сторожи четырнадцать лет, до отмены статуса дозорного.

Оборониться от дикого зверя - тоже не оговорка. На старинном гербе города из дремучего леса в серебряное поле выбредает медведь. Любопытно, что хозяин тайги встречается по осени на спелых туринских овсах и поныне.

Туринск славился хлебопашеством. Изначально нива жалась к крепостным стенам, дабы дозорные с башен могли просматривать ее насквозь. К 1674 году девять десятых казенного хлеба всей Сибири поставляли лишь четыре уезда - Верхотурский, Туринский, Тюменский и Тобольский. А с 1675 года Туринск безоговорочно вошел в список пашенных городов, тех, что делились с другими, неспособными промыслить хлеб самостоятельно.

Эпоха перехода от конного плуга, лукошка, серпа к трактору, сеялке, комбайну вызвала отношение самое разное - от немого удивления до тихого испуга, нескрываемой ярости. У самого пахаря доставало ума не связывать трактор с нечистой силой. В догадках, интуитивно осознавал он значимость машины перед конем. О той переломной поре прислал письмо из Подмосковья первый агроном туринского совхоза «Пореченский» Яков Демьянович Чумаков.

«За зиму курсы трактористов окончил 21 человек, но никто из них трактора не видел. Семь «фордзонов» пришли к весне, и уже в посевную все овладели этой капризной машиной. На посевную прислали вместо керосина бензин в деревянных бочках, и он лился. Кузнец приспособил к тракторам конные плуги...»

К нашим дням туринская пашня раздалась весьма и весьма, с тех караульных башен ее бы уже не окинуть. 63 тысячи гектаров!

Кормила пашня. Дорога - тоже. Туринск - единственные ворота в Сибирь почти весь XVII век. Оттого и профессия ямщика была предпочтительнее других. Впрочем, и куда беспокойнее. Измаявшись за весну и осень, хлебороб хоть зимой вздохнет. А если ты приставлен к ямской станции, то отправляйся в путь при любой погоде.

Наверное, мало кто хотел попасть на облучок. По крайней мере, Тюмень, на которую взвалили ямскую гоньбу в 1624-м, через год решительно возроптала. Тогда выбор пал на Ленскую волость, нынешнее туринское село Ленское, с избавлением его при этом от хлебной подати. Волость пригрозила разбежаться. Государева грамота предписала тобольскому воеводе пригласить трех-четырех представителей Ленской волости и уговорить. Вот на каком уровне подчас решалось назначение в ямщики!

С охотой или нет, но ездили.

Насколько быстро летели тройки от Верхотурья к Туринску по знаменитой Бабиновской дороге? Конкретные свидетельства едва ли остались. Однако косвенные, с первых московских соревнований троек в 1847 году, привести стоит. Тогда ямская тройка Караулова прошла 33 версты за 1 час 21 минуту 18 секунд.

Глеб Успенский передал свои ощущения от сибирской езды так. От постоялого двора до церкви - верста, от церкви до изгороди с караульным - еще одна, от изгороди до торговой дороги - третья. Как проехали, когда - не осознал. В себя приходишь на первой остановке после 15 верст. Выясняется, ни ямщик, ни кони не сошли с ума - обычная сибирская езда.

Какой бы век ни довлел над Туринском, а конь, повозка на дорогах главенствовали. Не случайно основная улица до 1919 года звалась Ямской. При неписаном статусе ямского город встретил, считайте, все приметные события нашего уходящего века. При отступлении белых из края их походный скарб весовым числом 196181 пуд тянули 875 мобилизованных подвод, лошадей в том обозе набиралось 1140.

В 1920 году у Туринска все еще сорок три ямские станции с разгоном, правда лишь в 263 лошади. Свертывание ямской гоньбы начнется с 1933 года, с покупки трех грузовых автомобилей и приобретения первого легкового в тридцать четвертом, закладки машинно-дорожной станции, реконструкции Бабиновской дороги на отрезке от села Жуковского до Благовещенского, где двум встречным грузовикам никак было не разойтись.

Машинный век отнюдь не устранил коня и повозку, разве что изменил да послабил традицию. В дальний извоз уже никто не пускается, но в работе близ двора лошадка просто незаменима. Судя по отчету с грифом «не подлежит оглашению», на 15 апреля 1941 года в туринских хозяйствах упряжи ременной - 3231 комплект, всех повозок - 3635, в том числе 1662 - на деревянных осях. Впрочем, робости перед дальней дорогой у туринцев по-прежнему нет. Егор Иванович Миронов, призванный в том самом сорок первом на фронт при повозке и лошади, прошел на родной подводе от города Калинина до государственной границы СССР. Конечно, солдатская книжка величала Егора Ивановича ездовым.

Если уж коснулся темы воинской, то удаль ермаковскую туринцы пронесли в веках. Повод доказать это история предоставляла, к сожалению, не раз. Воевать француза в 1812 году добровольно отправились 35 человек - 18 мещан и 17 крестьян.

Накануне русско-турецкой войны 1877-1878 годов была введена воинская награда - медаль Георгия Победоносца трех степеней. Полным ее кавалером стал житель Туринска Михаил Владимирович Нежданов.

Массово проявилась отвага туринцев в ходе Великой Отечественной. Наградная статистика красноречива. Четыре Героя Советского Союза, причем Якову Ватомову звание присвоено в сорок первом, крайне скупом на знаки отличия. Три полных кавалера ордена Славы, третий из них - воздушный стрелок Надежда  Журкина. Участниц Великой Отечественной при всех трех степенях Славы, как известно, только четыре на всю страну. За бои, походы в невиданной битве с фашизмом отмечены орденами, медалями 13 140 туринцев.

На протяжении всех столетий Туринск богат художниками. В 1737 году в городе останавливался оговоренный перед Анною Иоанновной придворный художник Иван Никитин, получивший образование в Венеции, писавший портрет с Петра Великого. Не только останавливался, а не раз наведывался потом из Тобольска. При туринских подручных Никитин сладил иконостасы собора и монастырской церкви, царские врата Покровской церкви. Писал он и портреты именитых людей Туринска, к сожалению затерянные.

Работы современных художников Галины Тумановой, Бориса Неймышева, Владимира Фотеева экспонируются в музее декабристов, по соседству с талантливыми акварелями Василия Петровича Ивашева. Не счесть мастеров прикладного искусства. Немецкая делегация, побывав в Туринске два года назад и случайно застав выставку, скупила все кружева и строченые изделия.

Нет, наверное, в веке нынешнем ничего, что не проявилось бы, не обозначилось в трех предыдущих. Охотники? Сегодня их шестьсот. Наверное, самый удачливый из всех Василий Филиппович Медведев. За охотничью бытность сменилось у Василия 28 собак. На счету у него четыре медведя, 43 волка, 61 рысь. Сдавал за сезон до 500 белок, а по триста - самое малое. Ондатра встречалась, а на шапку себе так и не выкроил.

Собиратели? У купца Семена Андреевича Чиркова осталась богатейшая коллекция - восточные статуэтки из слоновой кости, древнегреческие вазы, маски с древнеегипетских мумий, старинные рукописи и книги, подлинные полотна кисти Айвазовского, Зощенко, Левитана... Его собрание редкостей и составило первый туринский музей - двенадцать отделов!

Достаток преподавателя Михаила Степановича Карпова куда скромнее, но 17 тысяч открыток, коллекция редких ручек, нет, не дверных, а какими писали и пишем, другие раритеты составили неповторимый домашний музей. Добавлю: Михаил Степанович - коллекционер в городе не единственный.

А руководители? Как волны времени, событий сказывались на них? Для вое­вод XVII столетия характерна поразительная сменяемость. В Тобольском архиве отыскался их список на годы 1603-1687. Двадцать шесть фамилий! Срок пребывания у власти - год, два, три. Неужели все они, за малым исключением, приходили только обогатиться? Или все-таки служба выматывала, хотелось бежать от нее куда глаза глядят, а лучше всего домой, в центр России?

Забот для серьезного воеводы хватало, должно быть, с лихвой. Подыскание новых земель, охотников на пашню, обустройство их, срочные меры по московским грамотам, переписка с соседними городами. Сбор податей, рассмотрение челобитных...

В наше время самым ярким руководителем был предпоследний председатель районного Совета народных депутатов Александр Иванович Новоселов. Редкостное сочетание хозяйственных, строительных способностей с краеведческим поиском! Сколько сыпалось жалоб на председателей районных и городских Советов в областные инстанции, а на него - практически ни одной. Сам отыскал первую бумажную фабрику, основанную в 1760 году. Задумав создать музей декабристов, выселил из дома Ивашева детский сад, дав ему другие стены. Водрузил на постаменты полуторку, автомобильную реликвию города, и речной буксирный катер из тех, что бороздили Туру до недавней поры. Замахнулся было на изваяние тройки, что летела бы близ верстового столба по направлению к Тобольску, да здоровье стало что-то пошаливать. Отпросясь в отставку, начал редактировать районную газету. А для редакции и музея истории печати Туринска отстроил уютное здание.
Время, события, люди... Об иной туринской родословной впору книгу писать. Водитель Владимир Ростовщиков - из потомственных представителей ямской гоньбы. Его отец Михаил Васильевич рождением из двадцать первого оставался страстным лошадником. Воротясь из армии с Дальнего Востока в сорок шестом, обзавелся первой лошадкой, и с того момента конь на подворье не переводился долгих 46 лет. Даже после сноса дома, переезда в квартиру Михаил Васильевич отстаивал конюшенку еще три года и продал коня только перед близкой своей кончиной. Но в горпо Буян никого не хотел признавать, прибегал к родному подворью при всякой оплошности новых хозяев. Те, отчаявшись, перепродали Буяна из города в поселок за 60 километров, однако он и оттуда вырывался дважды. Такая вот драма постигла близких друзей - человека и коня.

Дед Владимира, Василий Гаврилович, имея семерых лошадей, занимался почтовым и грузовым разгоном. В 1933 году его за этих коньков-горбунков раскулачили; никому и в голову не пришло, что семью, где четырнадцать ребятишек, надо чем-то кормить-поить. Если еще углубляться в лета, поколения, то и Онуфрий Ростовщиков, что ушел из Туринска в числе тридцати пяти сразиться с Наполеоном, - тоже из этого рода. Примечательно: выступил Онуфрий в дальний поход по лучшим народным и отеческим установлениям - на собственной подводе.

Имя города с 29 марта 1958 года носит океанский теплоход «Туринск», сработанный венгерскими корабелами. И речной буксирный катер «Туринск», что торит дороги до Салехарда. Хорошо, когда о твоей малой родине знают на всем белом свете!

Свердловская область
Памятник на могиле Ивашевых.
Публикация иллюстрирована фотоматериалами Нины Свяжиной
// Родина. – 1999. - № 12. – С. 13-16

к началу